Четверг, 13 Октябрь 2016 14:13

«Положил душу за други своя…»

Автор 
Оцените материал
(5 голосов)
Фото из архива семьи Ефремовых Фото из архива семьи Ефремовых

Кому-то отмеряно прожить 100 лет, кому-то — 20. Одни всю жизнь пьют и бродяжничают, ждут смерти, другие ее не зовут — сама приходит. Внезапно, стремительно: раз — и пустота. Еще одна душа поднимается к небесам, а на земле остается лежать безжизненное тело…

Успел ли Андрей Ефремов тогда, в 1996 году в Грозном, прежде чем его настигла пуля, подумать о маме, отце, брате и сестре? Вряд ли. Был бой: жестокий, страшный. Боевики в упор расстреливали наших ребят. Какие уж тут мысли? Но сегодня, спустя 20 лет после гибели, когда его друзьям уже по 40, когда взрослеют брат и сестра, стареют родители, Андрею так и осталось 20. Навсегда.

Детство как детство

«Ваш сын, вообще, когда-нибудь плачет?» — спрашивали у Галины Андреевны Ефремовой воспитатели в яслях. Андрюшке тогда был годик отроду, а взяли его в группу, где ребята постарше. Они носятся, как угорелые. Сшибут малыша, а он кряхтит и поднимается. Снова толкнут — не хнычет, не жалуется, встает. Таким и рос — целеустремленным, упорным, сильным. Преуспел в спорте. Особенно много времени уделял плаванию.
На похоронах сына Галина Андреевна наслушалась немало историй, о которых не знала. Например, соседка рассказывала: несла сахар, Андрюшка бежал из школы, подхватил тяжелую сумку — и в подъезд; а когда женщина поднялась к своей двери, увидела, что сахар стоит возле, а мальчугана и след простыл.
Легко мог взять на себя чужую вину. Мать вспоминает, как, бывало, Андрей получал за проступки младшего брата. А однажды в школе девочка разбила окно. Когда учитель спросил, кто это сделал, все промолчали. Кроме Ефремова, который сказал, что это он виноват. Пришлось родителям вставлять стекло. Лишь много позже они узнали, что исправляли «чужую» ошибку.

Особенно хорошо Андрею давались математические науки. Но благодаря замечательному учителю Любови Владимировне Басилашвили парень очень полюбил литературу. Перечитал множество книг, неплохо писал сочинения. В общем, детство как детство: общение с друзьями, учеба, тренировки, походы, песни у костра под гитару, первая любовь…

Когда сразу несколько выпускников школы № 2 отправились поступать в кооперативный техникум, Андрей отдал документы вместе с ними. Но проучившись четыре месяца, бросил, поняв, что не его это дело. Устроился на Чебаркульский металлургический завод, где трудились родители. Отец, Виктор Николаевич работал кузнецом. Он взял сына к себе в цех, где Андрей освоил энергетику.

«Картошку без меня не копайте!»

efremoviПроходя службу в военно-космических войсках, рядовой Ефремов решил связать свою дальнейшую судьбу с армией и после дембеля поступить в военное училище. Даже попросил родителей собрать необходимые документы. Это случилось 19 июля 1995 года, когда мать и отец приехали попроведать сына и поздравить с 19-летием. Сегодня Галина Андреевна вздыхает: «Разве мы могли тогда подумать, что видим сына в последний раз?..».

Случилось так: брали Андрея на службу на 1,5 года, а продлили — на два. И вместо дембеля нескольких ребят оправили дослуживать в Чечню. Остальных — раскидали по другим городам, а часть расформировали. После того, как от сына пришло первое письмо, где он сообщил, что служит в г. Грозный, мать стала каждую неделю опускать весточку в почтовый ящик. Отправила уже семь, когда Андрей вдруг огорошил родителей, написав:

«Мама, папа, вы совсем про меня забыли — не получаю от вас писем…». Восьмое письмо Галина Андреевна передала через генерала Александра Лебедя, который в то время посетил Чебаркуль с официальным визитом. Насмелилась, подошла и рассказала свою историю. Генерал обещал помочь. И правда, вскоре сын отрапортовал, что получил сразу несколько писем из дома.

Спустя месяц, в июле 1996 года, от Андрея пришло очередное послание, в котором он написал: «Батя, с днем рождения… Скоро дембель… Не копайте без меня картошку!». Но через две недели в Грозный вошли отряды чеченских боевиков. У родителей прервалась связь с сыном. Вселил надежду друг Андрея: рассказал, что тех, кто отслужил, по одному домой не отправляют, а собирают в команды для того, чтобы переправлять на вертолетах. «Так что ждите Андрея 11-12 сентября!» — обозначил он. Галина Андреевна сразу начала ремонт в комнате сына.

11 сентября в дверь Евремовых действительно раздался звонок. Но это был не Андрей, а его сослуживец, который удивленно спросил: «Как это его нет? Он уже должен быть дома!».

Страшная находка

С этого времени беспокойство не отпускало Ефремовых: они делали запросы в военкоматы и не получали конкретных ответов.

Их успокаивали тем, что, возможно, Андрей ждет, когда выплатят «боевые». Но сердце матери не обманешь: сына не могли задержать деньги. И если бы его отпустили, он в ту же минуту рванул бы домой. В конце концов, в областном военкомате сжалились над матерью. Соединились с той частью, где служил Андрей и после трехчасового ожидания Галине Андреевне сообщили, что ее сын не вышел из боя.

Виктор Николаевич выехал в Грозный, где узнал, что военнослужащий Ефремов числится без вести пропавшим. Не теряя надежды, отец расклеивал портреты сына, расспрашивал людей, искал того, кто мог бы знать Андрея. Съездил в Ростов, куда из Грозного отправили «груз 200». Посетил медбрата, который служил с Андреем в одной части и после боя опознавал останки своих друзей. И хотя парень был на грани психического срыва, он напряг память и ответил, что среди трупов Андрея не видел.

Отец вновь вернулся в Грозный. Отыскался один из контрактников, рассказавший, что парень погиб у него на глазах. По схеме, нарисованной солдатом, Виктор Николаевич нашел место: ул. Богдана Хмельницкого, по одной стороне частный сектор, по другой — пятиэтажки; в конце улицы — три тополя, возле последнего Андрей и погиб.

Убитый горем отец опустился на колени. «Хоть бы пуговку одну найти на память!», — произнес он про себя, разглядывая каждый миллиметр земли. И вдруг увидел, как что-то белеет. Раскопал — человеческая челюсть. А когда поднял глаза, увидел, что над ним стоят чеченские боевики. Поднялся с колен. Люди с оружием в руках произнесли: «Ты, отец, нас не бойся. Мы знаем, кто и зачем сюда шел…». Виктор Николаевич показал фото сына. Узнав солдата, боевики сказали: «Он, как козлик, здесь скакал, все время стрелял. Потом у него закончились патроны. Тут его и снял снайпер».

Остановили попутку, приказали перепугавшемуся водителю: «Отвезешь этого мужчину, куда он скажет! И чтобы ни один волос с его головы не упал!». Когда ехали на вокзал, Виктор Николаевич рассказал свою историю. Водитель вздохнул: «Понимаю… У меня дочь 1,5 года назад ушла за хлебом и не вернулась… Хотя я сам чеченец…».

С вокзала Виктор Николаевич позвонил жене, стал описывать страшную находку. И когда рассказал об остром выступе справа на челюсти, Галина Андреевна отозвалась: «Это точно Андрюшкина». Она знала об особенности сына: будучи маленьким, он часто облокачивался подбородком на мамино плечо, а она ойкала: «Андрюшка, у тебя что, шило во рту — так колется!».

«Мать всегда узнает спящего сына…»

Из Грозного Виктор Николаевич снова поехал в Ростов. Ходил среди неподвижных тел, у которых то рук не было, то ног. И все время его тянуло к одному — безголовому. Но рост не совпадал, да и одежда принадлежала другому человеку… Только некоторое время спустя Ефремовы узнают историю о том, как, ринувшись в бой, Андрей схватил первый попавшийся бушлат. Уже дембель, он мог бы не участвовать в перестрелке, но метнулся вслед за комбатом (батей — как его называли ребята), который тоже готовился к отправке домой.

С сентября по декабрь 1996 года Ефремовы разыскивали тело сына, и, когда все стало более-менее понятно с ростом и зубами (три из них, провалившихся в бушлат, подошли к найденной челюсти), была назначена экспертиза ДНК. Пока ее проводили, Виктор Николаевич приехал домой. А в январе в Ростов за телом сына поехала Галина Андреевна. За это время были сняты и отправлены для экспертизы отпечатки ступней ног и кистей рук младшего сына. «Мне показали эти «завиточки», — вспоминает мать, — и сказали, что такое совпадение между родными братьями случается очень редко. И когда я увидела Андрюшу, то, несмотря на то что у него не было головы, я сразу поняла — это он. Ну, как может мать не узнать своего спящего ребенка?!».

Хоронили Андрея Ефремова 16 января 1997 года в запаянном гробу. Накануне мела метель. Мороз стоял 30 градусов. Молодым солдатикам, которых «выделили» для копки земли, было тяжело справиться, поэтому Виктор Николаевич попросил помочь мужиков с завода. А в день похорон светило яркое солнце. Ветер стих. Природа словно замерла на миг — чтобы отдать герою честь. Андрей Ефремов посмертно награжден Орденом Мужества…

Жить дальше матери помогла церковь. Батюшка сказал: «Нет ничего достойнее, чем отдать жизнь за други своя. Ты должна гордиться сыном!». И Галина Андреевна гордится. Только до сих пор не может понять, почему Андрею было так мало начертано?

Через два года после гибели сына у Галины Андреевны и Виктора Николаевича появится еще один Андрюша Ефремов — внуку сейчас 18 лет. «Поначалу я очень не хотела, чтобы младший Николай называл так своего сына — тяжело было. Но это его решение, и я с ним смирилась. Со временем привыкла, и сейчас даже рада, что у меня есть Андрей», — рассказывает Галина Андреевна.

У Ефремовых есть еще и внучка Олеся, которая 1,5 года назад подарила бабушке и дедушке правнучку Вареньку. И нет для старших Ефремовы в жизни большего счастья, чем наблюдать за этим милым созданием, помогать нянчить и воспитывать малышку. Дети и внуки живут в Чебаркуле, часто встречаются. И не проходит дня, чтобы они не вспомнили Андрея — целеустремленного, упорного, сильного 20-летнего парня, мечтающего о военной карьере, дружной и крепкой семье, здоровых и счастливых родителях…
Галина Андреевна, Виктор Николаевич, будьте здоровы и счастливы! Ради памяти своего сына!

Редакция газеты выражает благодарность за помощь в сборе информации руководителю творческого объединения «КРУГ» г. Чебаркуля Светлане Колодкиной.

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь на сайте или войдите через соц.сеть:

Похожие материалы (по тегу)