Среда, 16 Сентябрь 2015 12:57

Спустя 75 лет дочь обнаружила письма отца, который не вернулся с фронта

Опубликовала 
Оцените материал
(1 Голосовать)
В. И. Плотникова:  «Что писал мой папа 75 лет назад?» В. И. Плотникова: «Что писал мой папа 75 лет назад?»

В редакцию газеты «Южноуралец» попали письма времен Великой Отечественной войны. Человек, писавший их, канул в бездну времени. Он так и не узнал, как семья жила все эти годы. А жена и дети не узнали, где его могила.

«22 марта 1942 год. Добрый день, любящая семья: Шура, Вера, Нина, а еще наследник или наследница. Шлю вам свой супружеский и отцовский привет. Желаю быть здоровыми, счастливыми и дождаться меня домой…».
Не дождались. Не оказалось имени Ильи Максимовича Иванова ни в списках мертвых, ни в списках живых. «Не знаем, может, без вести пропал — документов никаких нет. Проводили отца на войну и больше не видели, — вздыхает Вера Ильинична Плотникова, бережно вынимая из полиэтиленового мешочка два письма от родного человека. — В них и буковок-то не разглядишь, но эти смятые листочки — единственное, что осталось у нас, детей, в память об отце».

Посадил картошку и ушел на фронт

В село Непряхино Илья и Александра Ивановы переехали из Челябинска в начале 1941 года. С помощью родственников глава семьи устроился на золотопромывку. По тем временам это было большой удачей. Да и знания у Ильи Максимовича были отменными: все-таки машинистом паровоза в областном центре трудился, был председателем товарищеского суда.

Прикупили домишко, тут и земли достаточно — для семьи с двумя маленькими детьми самое то. Александра Матвеевна готовилась родить третьего ребенка. В общем, жизнь шла полным ходом. В мае засадили огород картошкой. А в июне… началась война.

Вера не помнит, как отца на фронт провожали — ей тогда шесть лет было. Зато воспоминания о том, как жили без главы семьи, глубоко в душу врезались:

«Я следила за трехгодовалой сестренкой Ниной. Мама беременная была, работала дровоколом. В марте 1942 года у нас родилась сестренка Любаша. Тяжело было. Мама потеряла зрение, почти полгода вообще не видела. Болела — у нее легкие слабые были после перенесенного в 1921 году голода и болезней. Ели что придется, я помню только очистки от картошки. Может быть, соседи что давали. А с нами ведь еще и старенькая бабушка жила — мамина мама…».

«А вам хлеб не положен!»

Поначалу отец писал с фронта, потом весточки перестали приходить. Война окончилась. Одни встречали своих родственников с фронта, радовали. Другие горевали и оплакивали погибших. Ивановы — мать и трое дочерей, каждый день ждали: вдруг дверь откроется, войдет папка, обнимет своих девчонок, и сядут они все вместе за стол. Ведь в одном из писем с фронта отец писал: «Шура, получил два твоих письма, сердечно благодарю. Это достижение, если Вера ягодки собирает. Вера, суши свои ягодки. Я как вернусь с войны, так будем чай пить. А что делают Нина, Люба? Как мои милые дети? Думаю, и сердце сдавливает в кусок…».

Неизвестно, когда сложнее было женщине и трем ее дочкам — во время войны или сразу после ее окончания.

Вера Ильинична вспоминает 1946 год — тогда картошка не уродилась. Со всего поля 15 ведер мелочи накопали и до нового года съели. Пробовали завести бычка. Вырасти — поменяли на телочку. «А в то время, — рассказывает Нина Ильинична, — те, кто держал корову, обязаны были сдавать в «общий котел» молоко (или масло), шерсть, яйца. У нас не было кур, да и молоко корова почему-то не давала. Так и остались мы снова ни с чем».

Вспоминает женщина, как они, маленькие девчушки, всю ночь простояли в киоск за хлебом, а когда очередь подошла, продавец сказала: «У вас никто не работает — вам ничего не положено!» И захлопнула окошко перед носом.

Если Вере и удавалась добыть хоть какую-то еду, она как старшая сестра отдавала ее маленьким. Однажды от голода прямо в школе в обморок упала. Лежала в больнице — хоть чуточку сил набралась.

О чем говорят старые письма

«Да Вы меня что-то заговорили, — спохватывается Вера Ильинична. — А пришла-то я вот зачем. Зрение у меня очень слабое, может быть, Вы поможете мне письма отца прочесть? Знаю, что ничего не видно, но ведь у Вас хоть какая-то техника есть…»

Мы попробовали. Сфотографировали письма, увеличили фото на компьютере и практически по буквам воспроизвели текст. И вот что выяснилось. В тот день, 22 марта 1942 года, когда Илья Максимович Иванов писал письмо, с которого мы и начали рассказ, у него родилась третья дочка — Любовь. Жена назвала ее так потому, что очень любила и ждала своего мужа.

Некоторые слова из фронтовых писем так и остались неразгаданными нами, но суть ясна.

«…Шура, здесь ни ягод, ни грибов нет. Овощей тоже. Деревни все разбиты, сожжены. Населения гражданского мало. Хотя бы зеленого луку досыта поесть, и того нет. Огород, Шура, что насадила, береги. Будет очень трудно. Это цветики — конца войны не видно. С питанием будет трудней.

…Пару слов к тебе, теща. Ты что же стала хандрить? Не падай духом. Мы с тобой еще погуляем — вот вернусь домой.

…О себе. Сижу, Шура, под густой елкой, пишу письмо. Маскировка. Телеги в кустах стоят. Сейчас пришел дежурный, велел запрягать, повезем раненых. Далеко возим — 20 километров, а взад-перед 40 км. Шура, у меня все хорошо, только приболел, меня сильно промочило, и простыл.

…Я не могу позабыть, Шура, как на тебя взглянул последний раз, когда мы пошли на посадку. Милая Шура, я тебя очень люблю. И девочек тоже, как получишь письмо, поцелуй их за меня.

…Даю тебе совет: наберите с бабушкой силы, как можно засадите весь огород. Ой, я насмотрелся — народ живет очень плохо. Табачку, Шура, насади больше. Может, да я думаю, что вернусь домой. А если нет, то с табака будут у тебя деньги.

…Заканчиваю письмо, иду за лошадями и буду в путь дорогу собираться. До свидания мои дорогие супруга Шура, детки Вера, Нина, целую, с супружеским и отцовским приветом, ваш папа и муж».

Последнее письмо, присланное Ильей Ивановым домой, было из медсамбата. Но оно, к сожалению, не сохранилось. Только конверт, на котором уже невозможно разобрать наименование населенного пункта — точки отправки, и дату.

«Были, наверное, и еще какие-то письма, — рассказывает Вера Ильинична, — но мама, видимо, унесла эту тайну с собой в могилу. После ее смерти я нашла только эти два и конверт из медсамбата».

Без регалий, но с любовью

В жизни трех сестер — Веры, Нины и Любы, все сложилось хорошо. Нина Ильинична Яковлева и Любовь Ильинична Бутакова живут в Челябинске. Вера Ильинична Плотникова — в Чебаркуле. Трудилась на металлургическом заводе инженером по металлу. Сейчас больше находится в селе Непряхино, живет в маленьком покосившемся домишке, оставшимся в память от родителей.

Дочь Веры Ильиничны — Надежда Николаевна Омельченко 38 лет отдала швейной фабрике «Пеплос», продолжает трудиться здесь даже после выхода на пенсию. Обе внучки бабушки Веры окончили юридический факультет Челябинского университета. Старшая Александра — назвали ее в честь прабабушки Шуры, работает в Чебаркульском городском суде, младшая — Екатерина, трудится в НИИ г. Екатеринбурга.

А самой Вере Ильиничне 30 сентября исполнится 80 лет. Так и прожила всю жизнь дочь фронтовика, не имея званий и регалий за отца. Так и не закончилась для нее та война. Надев очки с толстыми линзами, перебирает в руках пожелтевшие страницы — такие родные, и утирает слезы. Пусть даже не знает, что там написано, но это рука отца…

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь на сайте или войдите через соц.сеть:

Похожие материалы (по тегу)

  • 23 февраля жительнице Чебаркуля Валентине Алексеевой исполнится 90 лет

    В День защитника Отечества в доме Алексеевых собралась дружная семья. И несмотря на то что единственный мужчина в «женском царстве», — военнослужащий, все-таки первый тост подняли за 90-летний юбилей Валентины Иосифовны, и уже второй — за День воинской славы России.

  • «Дети войны» получили удостоверения

    Глава города Сергей Ковригин вручил документ 55-ти чебаркульцам

  • У каждого своя война…

    Раскаленная солнцем афганская земля расчерчена множеством дорог, пройденных тысячами советских солдат и офицеров. Для некоторых из них героический путь по горно-пустынным тропам жестокой войны стал последним. Те же, кто смог вернуться домой, бережно хранят воспоминания о погибших товарищах и трудных буднях, помнят о крепкой боевой дружбе и душевных письмах из дома… Так или иначе, каждый привез с собой в родные места свой багаж эмоций и впечатлений, каждый вынес из этой войны для себя что-то особенно важное.

  • «Нас сплотила… беда»

    Один за другим в жизни Расимы Асатуллиной появилось сразу несколько мужчин. На каждого у нее хватило любви, нежности и заботы. Не женщина — богиня.

  • Жизненное кредо Митрошиных — честь и долг

    Наверное, больше половины чебаркульцев помнит заслуженного педагога Константина Михайловича Митрошина. Мы, школьники начала 80-х годов, наблюдали, как интересный, добродушный и, как нам казалось, пожилой человек воспитывает молодое поколение. Все, видя его, улыбались. И тогда никто из нас, малолеток, не мог предполагать, что сын Константина Михайловича служит в Афганистане…