Четверг, 07 Май 2015 15:20

Мечта о медицине спасла жизнь

Опубликовал  Татьяна Добрынина
Оцените материал
(3 голосов)
Фото из архива Марии Луцкой Фото из архива Марии Луцкой

Мария Ефимовна Луцкая потеряла во время войны практически всех родных, самой ей чудом удалось выжить

Она выросла в большой еврейской семье в селе Спичинцы Плисковского района Киевской области. В этом местечке компактно проживали евреи. После войны из них остались единицы. Гитлеровцы расстреляли всех, даже детей. 

Цена решения — жизнь и судьба

Мария окончила школу в 1940 году. С малых лет она мечтала стать врачом. Поэтому, не смотря на то, что семья была против, поехала в Киев поступать в мединститут. Поскольку в аттестате были одни пятерки, экзамены сдавать не потребовалось. Прошла медкомиссию и была зачислена.

— Родители не пускали, — рассказывает Мария Ефимовна. — Семья была большая. Мы с сестрой и младшие мальчики. Жили очень тяжело. Пределом мечтаний был кусочек хлеба. Земли не было. Дом стоял на клочке гравия. А в Киев приехала, там первые этажи все заняты магазинами, как у нас сейчас. А на прилавках — хлеб, булки, еда всякая.

Жилье Марии приходилось снимать. Из копеечной стипендии за койку доплачивала 40 рублей (плюс институт платил 30). Хозяйка, посмотрев, как девочка живет, практически впроголодь, отказалась брать с нее деньги и написала домой, родителям: «Маша голодает, почему вы ей не помогаете?»

— Когда дома получили это письмо, о том, что я умру с голоду здесь (хотя, я не умирала с голоду: хлеб, вода и чай были всегда), мама тут же позвонила старшей сестре. К этому времени сестра уже окончила техникум и вышла замуж. Они с мужем работали на тракторном заводе в Харькове. Мама попросила ее забрать меня к себе.

Так в начале войны Мария Ефимовна оказалась в Харькове. А останься она дома, с семьей…

Всех расстреляли

— В последнем своем письме мама сообщала, что выбраться, вероятно, у них уже не получится. Транспорта нет. Немцы на подходе. А что они творили с евреями в Европе, было известно.

Много позднее Мария Луцкая узнала о судьбе своих родителей.

Когда советские войска освобождали Украину, они с сестрой написали запросы в сельсовет. И получили ответы.

«Сообщаю о том, что Ваша семья 27 мая 1942 года расстреляна немцами. Расстреляли Вашу маму, папу, брата. Хату разобрали. Евреев никого нет. Даже местечка нет. Не осталось домов».

Марии Ефимовне весточку прислала учительница из еврейской школы: «Здравствуй, Машенька. Случайно твое письмо попало ко мне. И я хочу тебе ответить. Ты счастливая девушка, так как твои подружки все погибли. В том числе и твои родители с младшим братом. А старший ушел с отступающей армией еще в 41-ом году. Наверно, он воюет. Не плачь. Это было массовое истребление еврейского народа, и уцелеть было невозможно».

Позднее сестры узнали, что их брат, который, действительно, ушел с отступающей армией, попал в Сталинград, где и погиб, защищая тракторный завод.

А война шла по пятам

Об институте Марии временно пришлось забыть. Их с сестрой эвакуировали из Харькова в Сталинград. Некоторое время она работала в цехе, где делали снаряды и мины. Город бомбили каждый день.

Муж сестры ушел добровольцем, хотя у него была бронь и очень быстро погиб на Ленинградском фронте. Сестры остались совсем одни, старшей 21 год, младшей — 18.

Когда бои начались в самом городе, стало ясно, что нужно как-то выбираться. Сделать это можно было только по Волге. В августе 1942 они семь дней метались по берегу, никак не могли переправиться. На понтонный мост в первую очередь запускали беременных женщин и тех, кто был с детьми. Во время бомбежек девушки забирались под разбитую лодку. Пусть там помещалась только голова, все не так жутко.

Потом к сестрам прибился 15-летний паренек. Увидел, что девчата делят кусочек хлеба. Не просил, но они отломили немного и ему. Затем рядом оказался еще один молодой человек, как выяснилось позднее, студент. Он сумел переправиться на другой берег и привел оттуда лодку. Пока переправлялись, натерпелись страха. Бой шел прямо над ними.

— Только вышли из лодки, подошла женщина — нерусская, татарка или башкирка, не знаю, плохо разговаривала. В руках у нее была кастрюлька. Она попросила отвезти ее в Сталинград. Сказала, что там, на тракторном заводе у нее мальцы остались, внуки. Старший парень согласился. Переправил ее и позднее нас догнал.

100 километров шли пешком по дороге. Однажды заночевали в каком-то парке на стульях. Пока сестры спали, кто-то разрезал их заплечный мешок и украл хлеб и боты.

Когда, наконец, добрались до станции и попытались сесть на поезд, оказалось, это непростое дело. Один вагон открыли — нет мест, второй — тоже полный. Когда третий открыли, парни без предупреждения подняли Марию и ее сестру и забросили их в вагон прямо через головы. Так сестры добрались до Куйбышева. А оттуда — до Челябинска.

Со студенческой скамьи за токарный станок

Мария Ефимовна четыре года проработала на Челябинском тракторном заводе, на станке в цехе 200.

Поначалу и одеть-то было нечего. Платье обветшало. Поэтому зимнее пальто Мария не снимала даже летом. В цехе привыкли видеть ее в этом порядком потрепанном и промасленном пальтишке и рваном платке на голове. Когда ей удалось, наконец, справить новый халатик (перешила из матраса, который получила по талону), когда она прикупила босоножки на деревянном ходу и открыла свои роскошные кудрявые волосы, мужчины в цехе потянулись к ее станку, как на экскурсию.

Война окончилась. Но еще долго они жили тяжело. Из большой родни в живых никого не осталось. Только со стороны отца погибли 31 человек. Марии Луцкой с большим трудом удалось уволиться с завода и продолжить обучение в институте. Она, как и мечтала, стала хирургом. Работала сначала в Кундравинской, а затем в Чебаркульской больнице.

Здесь, на Урале, Мария Луцкая обрела семью. Но сколько бы лет не прошло (а ей сейчас 92 года), боль утраты остается все такой же острой. Они с сестрой даже фамилию менять не стали, все надеялись, что кто-нибудь из родственников все-таки остался жив и попытается их отыскать. Оказалось, нет. Все погибли.

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь на сайте или войдите через соц.сеть:

Похожие материалы (по тегу)

  • 23 февраля жительнице Чебаркуля Валентине Алексеевой исполнится 90 лет

    В День защитника Отечества в доме Алексеевых собралась дружная семья. И несмотря на то что единственный мужчина в «женском царстве», — военнослужащий, все-таки первый тост подняли за 90-летний юбилей Валентины Иосифовны, и уже второй — за День воинской славы России.

  • «Дети войны» получили удостоверения

    Глава города Сергей Ковригин вручил документ 55-ти чебаркульцам

  • У каждого своя война…

    Раскаленная солнцем афганская земля расчерчена множеством дорог, пройденных тысячами советских солдат и офицеров. Для некоторых из них героический путь по горно-пустынным тропам жестокой войны стал последним. Те же, кто смог вернуться домой, бережно хранят воспоминания о погибших товарищах и трудных буднях, помнят о крепкой боевой дружбе и душевных письмах из дома… Так или иначе, каждый привез с собой в родные места свой багаж эмоций и впечатлений, каждый вынес из этой войны для себя что-то особенно важное.

  • «Нас сплотила… беда»

    Один за другим в жизни Расимы Асатуллиной появилось сразу несколько мужчин. На каждого у нее хватило любви, нежности и заботы. Не женщина — богиня.

  • Жизненное кредо Митрошиных — честь и долг

    Наверное, больше половины чебаркульцев помнит заслуженного педагога Константина Михайловича Митрошина. Мы, школьники начала 80-х годов, наблюдали, как интересный, добродушный и, как нам казалось, пожилой человек воспитывает молодое поколение. Все, видя его, улыбались. И тогда никто из нас, малолеток, не мог предполагать, что сын Константина Михайловича служит в Афганистане…