Четверг, 20 Июнь 2013 11:21

Дети войны

Опубликовала 
Оцените материал
(2 голосов)
Фото Виктора Прутова Фото Виктора Прутова

Все меньше остается ветеранов Великой Отечественной, но живы еще их дети — дети войны.

Собрать вместе тех, чье детство и юность прошли в военные годы, предложила председатель Совета ветеранов Сарафановского сельского поселения, основательница и бессменный хранитель местного музея Тамара Николаевна Попова. В библиотеке накрыли столы. За кружечкой чая и поговорили, и повспоминали, и поплакали. 

Много общего в судьбах этих людей: война, гибель отцов, голод и непосильный труд с самого раннего детства. Однако у каждого — своя история.
Когда началась война, Владимиру Анисимовичу Желавскому шел седьмой год. Работать, как и все ровесники, он начал рано: косил пшеницу, молотил ее. Как и все, голодал. Вспоминает, как зимой они, дети, ходили по полю с киркой и лопатой, из-под снега мерзлую картошку выковыривали. Спасала только корова. Отец и старший брат Владимира Анисимовича погибли на фронте:
— Отца призвали осенью. Помню, мы привезли с поля капусту, разгрузили, и он сразу пешком отправился в Чебаркуль, в военкомат. Больше мы его не видали. Потом про отца мне один мужчина из Бутырок рассказывал, который с ним воевал: «Нам по 100 граммов дали. И на сопку. Там гитлеровцы окопались, наша задача была их оттуда прогнать». Во время этой атаки отцу прямо в глаз попала пуля. Вот так он погиб.
Жили-то мы, конечно, очень тяжело. Помню один случай. Мне тогда лет восемь было. Как-то мать дала мне наволочку и отравила в Кундравы за мукой. У нас семья большая была — 10 человек, нам было положено 10 кг муки. А я, как из магазина выходил, за крючок задел, наволочку порвал. Люди увидели, тут же сбегали, принесли иголку с ниткой, зашили дыру. Ладно. Вышел за деревню и обессилел. Сел и сижу. Со мной еще девчонка была постарше. Она меня дожидаться не стала. А я идти никак не могу. Хорошо, мимо машина с горючим ехала, подобрали меня. А девчонку мы уже почти у Сарафаново догнали — вот сколько я там просидел.
Нина Алексеевна Бородина родилась за два месяца до начала войны. Тем не менее, кое-что из тех лет врезалось в ее память:
— Помню, когда война закончилась, мама нас обняла с сестрой, ревут обе с бабушкой: «Ой, девки, война ведь кончилась». А похоронку на отца мы уже получили. И ну Гитлера ругать. Хорошо помню, когда карточки хлебные отменили в 46-ом, меня бабушка послала за хлебом: «Иди, Нинка, купи батон и булку хлеба». Я пришла в магазин: глаза разбегаются — столько хлеба! Пока до дома шла, батон съела. Бабушка давай меня ругать, да не за батон, а потому, что с голодухи, да столько мучного! И, правда, как потом у меня живот разболелся, еле спасли.
Мать Валентины Петровны Соколовой во время войны работала конюхом. Детей в семье было пятеро. Как начали все они пухнуть с голоду и угасать на глазах, она пуд муки украла с конного двора и спрятала. В отличие от людей, лошадям в ту пору мука полагалась, всю работу на себе тянули.
— Только это нас и спасло тогда от смерти. А если б все обнаружилось, мать бы точно посадили. Помню еще детям погибших на Новый год и в День Победы подарочки привозили: кому форму, кому книжку, кому что. Один раз мне подарили ботинки. Я такая радостная была: пусть мальчишечьи, зато настоящие!
У Виктора Ивановича Архипова отец погиб в сентябре 1942 года. И вдруг начал ему сниться. Годы шли, а отец все приходил и приходил к нему по ночам. Тогда Виктор Иванович решил найти его могилу:
— Документов никаких не сохранилось. Но я запомнил, что в похоронке упоминалась церковь. Школу окончил, поехал в Белую Церковь под Киевом. Естественно, там ничего не нашел. Зашел в военкомат. Мне там объяснили, что надо сначала в архив обратиться, лучше церковный, по месту жительства. Я так и сделал, обратился в церковный архив Аргаяша. И действительно, нашел там похоронку на отца. А в ней написано, что он погиб в Назрани. В 1989 году я поехал в Назрань. Зашел в военкомат — никаких данных нет. Помог мне директор музея, рассказал, что в сентябре 1942 под Малгобеком шли бои. Оказалось, в одном из них отца ранило осколком мины в живот. Его привезли 22 сентября в медсанбат, где он и умер. Похоронен в братской могиле, с ним еще шесть человек. Сам видел кустарной работы обелиск, а на нем имя: Архипов Иван Иванович, 1910 г. р. После этого отец сниться мне перестал.

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь на сайте или войдите через соц.сеть:

Похожие материалы (по тегу)

  • 23 февраля жительнице Чебаркуля Валентине Алексеевой исполнится 90 лет

    В День защитника Отечества в доме Алексеевых собралась дружная семья. И несмотря на то что единственный мужчина в «женском царстве», — военнослужащий, все-таки первый тост подняли за 90-летний юбилей Валентины Иосифовны, и уже второй — за День воинской славы России.

  • Вопросы ЖКХ — на контроле ветеранов

    В администрации г. Чебаркуля состоялось расширенное заседание президиума городского совета ветеранов.

  • Неделя мужества

    17 февраля сотрудники полиции, руководитель ветеранской организации МО МВД России «Чебаркульский» Нина Лиховидько, представитель ветеранов боевых действий и участник войны в Афганистане подполковник Владимир Недорезанов посетили воспитанников Центра помощи семье и детям и рассказали им о защитниках Отечества и службе в органах внутренних дел.

  • У каждого своя война…

    Раскаленная солнцем афганская земля расчерчена множеством дорог, пройденных тысячами советских солдат и офицеров. Для некоторых из них героический путь по горно-пустынным тропам жестокой войны стал последним. Те же, кто смог вернуться домой, бережно хранят воспоминания о погибших товарищах и трудных буднях, помнят о крепкой боевой дружбе и душевных письмах из дома… Так или иначе, каждый привез с собой в родные места свой багаж эмоций и впечатлений, каждый вынес из этой войны для себя что-то особенно важное.

  • «Нас сплотила… беда»

    Один за другим в жизни Расимы Асатуллиной появилось сразу несколько мужчин. На каждого у нее хватило любви, нежности и заботы. Не женщина — богиня.