Понедельник, 27 Февраль 2012 10:34

Не говорим о политике — речь только о людях

Опубликовала 
Оцените материал
(5 голосов)

Вахит Альтафович ФатыховФаина Федоровна Фатыхова, учитель русского языка и литературы городской вечерней школы, считает себя счастливым человеком: она уверена, что в ее жизни было все, о чем может мечтать человек. Но было и то, о чем даже и вспоминать трудно, но нужно.


По дорогам  Чеченской республики
— Хорошо помню 1995 год, когда мой муж, старший прапорщик Вахит Альтафович Фатыхов, пришел домой и сказал, что его направляют в командировку в Чечню, — начала рассказ Фаина Федоровна. — Во время отправки 3 января было холодно, ветрено, а мужья махали провожающим их женам руками и говорили:
— Скоро вернемся.
Полгода ожидания, а в коротких письмах оттуда постоянная просьба:
— Береги детей!
Он служил старшиной роты в 324 полку. Что и как было там, на войне, он старался вслух не вспоминать, но об одном эпизоде все же рассказал:
— Стояли в горах, — пересказала ту историю Фаина Федоровна. — Тишина. Все спокойно. Солдат возвращался с водой, когда вражеский снайпер сразил его насмерть выстрелом в шею. Сразил так, что парень остался обезглавленным. Красивый такой мальчишка.
Вахит Альтафович, рассказывая эту историю, просто плакал. Ему тогда было только 35, а его называли стариком. Конечно, контузия, ранения, награды, но живой! А его товарищ Сергей Попов домой так и не вернулся и никогда не узнает, что у него родилась дочь.

Вторая  командировка в «горячую точку»

В марте 2000 года Вахит Альтафович снова отправился в Чечню, летом получил ранение приехал домой в отпуск. После отпуска — опять на прежнее место службы.
— Теперь мы с ним встретились уже в Чечне, — сказала Фаина Федоровна. — Туда поехала я сама: меня командировали «выбивать» боевые, которые солдаты и офицеры не могли получить.
Фаина Федоровна назвала еще одну из причин, которая побудила ее поехать в республику, где шли боевые действия: не привыкли с мужем расставаться друг с другом надолго.
— Мы с ним с детства вместе, и я все время старалась быть рядом с ним.
Увидев жену в Грозном, Вахит Альтафович не обрадовался.
— Поезжай обратно домой, кавказская пленница! — заявил он.
Но Фаина Федоровна приказу не подчинилась.
— Приехала туда в туфлях на каблуках и в белой кофте, — вспомнила она свои первые шаги по Чеченской земле. — Увидела то, чего не ожидала увидеть: развалины страшные, грязь. Такой грязи, как в Шали, нет нигде — 20 сантиметров! Через неделю на мне уже литые сапоги и бушлат!
Жили в палатках. Но эти тяготы армейской жизни по сравнению с теми, когда приходилось хоронить друзей, просто ничто. Бывали и праздники:
— В батальоне встретились три татарина, — вспомнила один из счастливых дней в Чечне Фаина Федоровна. — Муж, его друг Азат, с которым воевали в первую Чеченскую кампанию, и я. А 6 октября у нас на глазах взорвалась машина, в которой погиб майор Азат и солдат Сережка… Остались двое. А еще на Чеченской земле мне довелось встретиться с братьями — Тагатом и Ахатом: опять встретились три татарина! Нам весь полк завидовал! Сколько было радости! И опять, как после первой памятной встречи, нам сообщили, что кто-то в колонне подорвался на мине. На этот раз, к счастью, никто не погиб, а Талгат только ранен. Пока ждали колонну, казалось, что минуты превращались в часы, часы — в сутки. Но дождались: Наш Толян, так его звали друзья, живой, только осколок в ноге. Сегодня он на Алтае, а другой брат в Тюмени.
Все служили не день, и не два, а вот рассказывать о войне никто не хочет.
Только недавно Ахат рассказал, как его спас случай: поехал за водой, возвращается, а навстречу ему бежит женщина и кричит:
— Сынок, уезжай, там ваших расстреляли!
— На войне судьба не выбирает, кому жить, а кому вечно молодым оставаться, как Александру Мартиновичу, — продолжила Фаина Федоровна. — В Ханкале я даже плакала: когда стреляли из «Града», воздух дрожал, постоянно горели нефтяные вышки, и ни на миг не покидало постоянное напряжение от ожидания опасности… Муж наказал бойцам меня беречь. Наверно, это было лишнее, потому что 3000 солдат и офицеров и так берегли нас, 50 женщин. А как, с одной стороны, уберечь, когда днем все мирно, а ночью… Либо местные боевики, либо наемники, среди которых были и иорданцы и черные. Наши ребята в плен попадали даже днем: пошли заготавливать дрова и не вернулись. В Шали средь бела дня школьники забросали нас камнями. Вот тогда я решила, что могу погибнуть бесславной смертью. На рынке даже днем было страшно, а кругом высокие красивые горы, которые всегда таили опасность: оттуда мог выстрелить снайпер, там могла ожидать засада. И зачем человеку война? Ему нужен мир.

 

Любовь БАСИЛАШВИЛИ 

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь на сайте или войдите через соц.сеть: