Пятница, 16 Декабрь 2011 15:39

От тюрьмы и от сумы не зарекайся

Опубликовала 
Оцените материал
(0 голосов)

следствиеЖивет такой парень, который, приблизившись к возрасту Иисуса Христа, так себя и не нашел. Мало того, не имея настоящих друзей, не выбирая компании, он постоянно попадает в ситуации, из которых одни выходят сухими, а сам он обязательно попадает в поле зрения правоохранительных органов. На этот раз попал так, как и врагу не пожелаешь

 

Обвинение предъявлено, но в силу еще не вступило. Прокурор подписал обвинительное заключение по обвинению, назовем его Илья, в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 112 УК РФ. Суд над Ильей начался весной, а завершился в начале зимы вынесением обвинительного заключения — лишением свободы на срок более 10 лет.
Илья безуспешно пытался и пытается доказать свою невиновность.
Два дела, в каждом из которых он обвиняемый, следственный комитет почему-то объединил в одно. Получилось так, что свидетель по одному преступлению, и он же потерпевшее лицо по второму, мог знакомиться с материалами обоих дел, корректируя свои показания в суде.
Накануне объявления Илье приговора адвокат сказал, что вина подзащитного не доказана, и его следовало бы освободить прямо в зале суда. Адвокат подчеркнул: обвинение построено на показаниях свидетеля и записки, которую Илья написал, как объяснил он сам, для того, чтобы привлечь к себе внимание следователя, три месяца даже не пытавшегося начать расследование.
Часть записки:
« … и в мусарне говорит чтобы не было там, что Г. сам задергался и разбесил Д. и они сцепились и резанул он его не ножом, а под руку попалось стекло, а телефон, деньги сами выпали. И ему за это ничего не будет. Ах да еще что я разнимал все время, а то этот п..ор все валит на меня. Брат мне от 161 отскочить…»
Зная всю историю, из этой записки можно понять лишь одно: кто-то какую-то вину старается переложить на Илью. Однако следствие, сторона обвинения и суд посчитали текст записки за признание Ильи в убийстве…
«Реализуя преступный умысел, обвиняемый с силой толкнул потерпевшего руками в грудь, в результате чего тот упал на спинку дивана, расположенного в комнате квартиры», — написано в обвинительном заключении.

Сторона защиты

О событиях, происходящих в квартире потерпевшего, следователю следственного комитета рассказал свидетель, который и привел в эту квартиру обвиняемого. Потерпевший и свидетель — родственники: первый — брат сожительницы свидетеля, имеющего ключи как от квартиры родственника, так и от подъезда.
На фототаблице труп лежит не поперек дивана, как рассказывает свидетель, а вдоль него. Голова на подушке, а тело наполовину прикрыто одеялом. Рука убитого поверх одеяла. Свидетель же убеждает, что убитый не спал, и одеялом его никто не закрывал. Свидетель также утверждает, что из кухни однокомнатной «хрущевки», где он находился, якобы видна комната, и он видел, как Илья наносил удары потерпевшему, лежащему на диване. Свидетель видел, как Илья подошел к потерпевшему и взял его за грудки… Спрашивается, за какие грудки, ведь потерпевший был оголен до пояса?..
Илья обратился с просьбой провести эксперимент в квартире потерпевшего и убедиться в правоте слов свидетеля. Как тот мог увидеть все, что делалось, буквально через стену? Но просьбу посчитали несущественной.
«Действуя из личных неприязненных отношений, — написано в обвинительном заключении, — обвиняемый умышленно нанес потерпевшему ножом множество ударов в жизненно важные органы, а именно не менее 8 ударов в область головы, не менее 12 ударов в область шеи и не менее 1 удара в область правого предплечья. После чего взял в руки находящуюся в комнате половинку хозяйственных ножниц и, продолжая свой преступный умысел, умышленно нанес не менее 46 ударов в жизненно важный орган — в область грудной клетки потерпевшего. Далее, с целью доведения своего преступного умысла, направленного на умышленное убийство потерпевшего, обвиняемый взял в руки находящийся в комнате надфиль, которым нанес потерпевшему не менее 6 ударов в жизненно важный орган — в область головы потерпевшего, после чего скрылся с места происшествия».
Страшно и непонятно: как скрылся, если рядом с ним все время был свидетель, любящий родственник потерпевшего.
Непонятно, почему в начале обвинительного заключения размеры орудий убийства не указаны, а чуть дальше записано: «нож кухонный самодельный, общей длиной около 30 сантиметров, длина клинка около 20 сантиметров. Удары обвиняемый наносил хаотично. Когда перестал наносить удары, то он сказал, лезвие ножа застряло во рту. Затем обвиняемый взял ножницы, которыми нанес удар в область правой половины грудной клетки, оставив ножницы в теле потерпевшего. После нанесенных ударов у потерпевшего изо рта фонтаном хлынула кровь, он захрипел. Затем свидетель и обвиняемый вышли из квартиры. Свидетель выключил свет и закрыл своим ключом дверь».
Запомните последнюю фразу…

Сторона защиты
В квартире, со слов свидетеля, было темно. Как можно быстро найти ножницы в квартире, если ты в ней находишься в первый раз и не знаешь, где они лежат? Ручку ножа, лезвие которого осталось в теле убитого, так и не нашли. И еще. Эксперт обнаружил ссадины на лбу убитого, которые тот получил за час-полтора до нанесения смертельных ударов. Значит, в показаниях свидетеля можно усомниться.
К вещественным доказательствам вины Ильи отнесена капля крови на рукаве его рубашки. Свидетель говорит, что во время убийства Илья был в пальто. Кстати, это пальто обвиняемый не постирал. Пятно крови обнаружили только на рукаве рубашки — не на манжете, который он должен был испачкать, нанося удары в область грудной клетки, и после, вгоняя надфиль в глазницы убитого. Как капля крови залетела в рукав пальто? Больше крови ни на одежде, ни на обуви обвиняемого нет.
«На джинсах (которые следователем не изымались. — Прим. автора.) и рубашке обвиняемого, на рукоятке ножа кровь может происходить от потерпевшего, — записано в обвинительном заключении. — На надфиле, клинке, части ножниц крови не найдено».
Отпечатков пальцев Ильи нет ни на одном предмете, даже на бутылке «Перцовки», за которой тот, по словам свидетеля, ходил в магазин. Зато на бутылке и осколке от тарелки, которая была найдена под трупом, сплошные отпечатки пальцев свидетеля. Но этот факт вновь не приняли во внимание. Как и тот, что по распечатке телефонных звонков в период убийства — с 20.30 до 23.30 — Ильи не было на месте преступления, он был дома. Есть свидетель — не сват, не брат, не родственник ни убитому, ни Илье. Этот свидетель вспоминает, что в один из воскресных дней поздно вечером обвиняемый пришел к нему постригаться. И снова эти показания во внимание не принимаются. Не заострили внимание и на том, что основной свидетель, присутствовавший на месте преступления, не может объяснить, где он сам был во время совершения преступления. Зато люди в форме оказались внимательны к показаниям тех людей, которых назвал свидетель. Это дочь и сожительница самого свидетеля, рассказавшие о страшных событиях со слов отца и гражданского мужа.
Обратили внимание на показания соседа убитого, который не отрицает того факта, что открыл дверь подъезда свидетелю и Илье (теперь вспомните: ключи от подъезда у свидетеля были! — Прим. автора.). Дверь открыл, но убийства не видел. Записали, но не были внимательны к показаниям еще одной соседки убитого, которая слышала, как из квартиры выходили и как в нее входили. Значит, свидетель, проводив обвиняемого, возвращался в квартиру, хотя, по его словам, выйдя из подъезда, он машинально выбросил ключи. Что значит «машинально»? Посуду донес до мусорки, а ключи выбросил? Их, кстати, так и не нашли! Мало того, свидетель все свои вещи выстирал, а обвиняемый — нет!
Еще один свидетель, не назвав даты, путался в показаниях. Есть и другие, которые не могут подтвердить факта совершения убийства Ильей. Еще одна свидетельница перепутала даже времена года…
Итак, только два доказательства можно было бы признать доказательствами: показания свидетеля, если бы они не были противоречивы, и кровь на рубашке обвиняемого. Но в проведении генетической экспертизы сторона обвинения отказала.
Илью не освободили в зале суда, как того требовал адвокат. Сторона обвинения потребовала для обвиняемого 17,5 лет. Суд вынес решение — 13 лет. Год Илья уже провел в заключении.
Было ли совершено второе преступление по ч. 1ст. 112 УК РФ? Свидетель убеждал суд и сторону обвинения, что Илья надоедал ему звонками, приглашая на встречу.

Сторона защиты
По распечатке телефонных звонков как раз-таки Илье надоедал сам свидетель. Сам пригласил, сам был нетрезв, сам распивал с Ильей и еще одним мужчиной, ставшим свидетелем № 2! А позже свидетель № 2 и свидетель № 1, ставший потерпевшим по статье 112, обвинили Илью в умышленном причинении свидетелю № 1 средней тяжести вреда здоровью. Оба свидетеля вместе стараются «свалить» как можно больше на парня: им это выгодно, иначе они из разряда свидетелей попадут в обвиняемые.
Протокол проверки показаний на месте с потерпевшим от 02.03.2011 в ходе данного следственного действия потерпевший пояснил и продемонстрировал на манекене человека события, происходившие 19.11.2010 года…
Почему демонстрировал свидетель, а не обвиняемый?
Вопросов много, но ясно одно: почувствовав безнаказанность, свидетель сделал все, чтобы обвинить невиновного человека.
— Я согласен с прокурором, — сказал на последнем заседании суда свидетель. — Илью нужно осудить по всей строгости закона. Следствие проведено грамотно, объективно.
«Стыдно было и за следствие, и за прокуратуру, и за суд, которых похвалил человек, не давший на суде ни одного четкого ответа на поставленные вопросы, — написала в своем письме в Генеральную прокуратуру РФ мать Ильи. — Просим Вас разобраться в сложившейся ситуации и принять меры к работникам, допустившим нарушение уголовно-процессуального закона, продолжить расследование данного уголовного дела».
Остается только ждать… 

Любовь БАСИЛАШВИЛИ 

br //em

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь на сайте или войдите через соц.сеть: